Одним из признаков жалкого и абстрактно-теоретичного характера существующего сейчас в России "марксистского" движения является тот факт, что обсуждению текстологических (что именно сказали отцы-основатели марксизма по тому или другому вопросу) и исторических вопросов, в первую очередь пресловутого вопроса о классовой природе СССР, уделялось и уделяется данным движением неизмеримо больше внимания, чем поискам ответа на главный вопрос: почему российский пролетариат с изумительным терпением и покорностью сносил все обрушившиеся на него в 1990-е годы ужасы - и когда он, наконец, против этих ужасов восстанет?
Впрочем, если невозможно идеализировать марксистские группы современной России, то неверно было бы и считать, что они совсем уж не обращали внимания на реальный рабочий класс и занимались исключительно теоретическим самоудовлетворением. Хождение к проходным заводов, распространение листовок и рабочих бюллетеней, наконец, пропаганда изнутри заводов работающими на них марксистами, - все это за последние 15 лет испробовали различные марксистские группы. Результат всегда был примерно одинаков: пролетарские массы в большинстве своем к подобной пропаганде просто не прислушивались, те немногие пролетарии, кто прислушивался, с большинством идей, пропагандируемых марксистами, соглашались, однако начинать революционную борьбу и не собирались, продолжали жить своей жизнью, пытаясь как-то удержаться на плаву по одиночке, проклиная окаянную жизнь и надеясь кто на бога, кто на героя, кто на то, что "народ" (т.е. они сами) когда-нибудь в конце концов проснется.
То, что с российским пролетариатом происходит что-то неладное и не соответствующее априори приписываемой ему марксизмом революционной миссии, волей-неволей должно было доходить, рано или поздно, до сознания различных левых и псевдолевых активистов (здесь и далее под "марксистскими" и "левыми" понимаются именно марксистские и левые группы, т.е. троцкисты, госкаповцы и т.п. Преемники же КПСС именуются послеКПССовцами, псевдолевыми, социал-фашистами и т.п. ласковыми названиями, вполне правильно выражающими их природу). Самым простым - и самым нелепым - решением этой вполне реальной и чрезвычайно мучительной проблемы было утверждение, что если пролетариат ведет себя не так, как нам того хочется, значит, это и не пролетариат вовсе. Пролетариата в России нет, он исчез, испарился, растаял, - так любят говорить многие (хотя далеко не все) сталинисты.
Нелепость данной идейки слишком очевидна, чтобы с нею серьезно спорить. Если нет пролетариата, за чей счет жирует буржуазия? Кто работает на нее на заводах, получает нищенскую зарплату и производит прибавочную стоимость? Пролетариат как экономический класс буржуазного общества, за счет труда которого существует все это общество, не может исчезнуть, пока существует капитализм. Исчез пролетариат как политическая сила, борющаяся за уничтожение капитализма. Пролетариат как класс наемных рабов капитала существует, революционного и социалистического пролетариата нет.
Исчезновение революционно-социалистического пролетариата было замечено на Западе еще более 100 лет тому назад. Первыми это увидели те, кто хотел увидеть, - всевозможные буржуазные и реформистские идеологи, для которых революционно-социалистический пролетариат представлял смертельную угрозу. Будучи идеологическими прислужниками капитализма, они объясняли утрату революционности пролетариатом стран развитого капитализма тем, что этот капитализм излечился от пороков раннего капитализма, стал "демократическим" и "цивилизованным", осуществил прогрессивные социальные реформы, резко повысил уровень жизни рабочих, и те перестали быть не имеющими ничего, кроме своих цепей, пролетариями, перейдя в довольный и процветающий средний класс, не испытывающий нужды в какой-либо революционности.
Мы еще вернемся к причинам утраты революционности западным пролетариатом и покажем, что они на самом деле были противоположны тем, о которых говорят прислужники капитала, и что пролетариат в развитых капиталистических странах потерял революционность вовсе не потому, что якобы избавился от тягот капитализма, а, напротив, потому, что куда более подчинен и раздавлен капитализмом, чем пролетарии 19 века. Пока что отметим, что объяснение утраты пролетариатом революционности повышением его жизненного уровня не имеет никакого отношения к реалиям жизни современного российского пролетариата.
Жизненный уровень российского пролетариата не рос, а катастрофически рухнул. Работать он должен больше и тяжелее, зависимость его от начальства сильнее и ощутимей, а зарплата за этот каторжный подневольный труд намного меньше, чем в доперестроечные годы. Но, несмотря на такое катастрофическое ухудшение жизни российского пролетариата, его классовая активность, способность бороться за свои классовые интересы и свои классовые идеалы намного меньше, чем была даже в 1989-1991гг.
Вот как описывает парадоксальность ситуации левый историк А.В. Гусев:
"Ситуация выглядит парадоксально: ведь главные объективные условия, которые должны способствовать распространению социалистических идей, казалось бы, налицо. Во-1-х, в стране имеется многочисленный класс наемных рабочих, ядро которого составляет индустриальный пролетариат. К концу 80-х годов в СССР насчитывалось 80 - 85 миллионов рабочих и 25-30 миллионов работников умственного труда, не связанного с руководящими функциями. Эти категории составляли 90% всего занятого населения. Советский пролетариат отличался высокой степенью урбанизации: 80% его проживало в городах и было охвачено городской культурой. Десятки миллионов наемных рабочих были встроены в ту же организацию труда, что и во всех промышленно развитых странах. По уровню образованности советские рабочие не уступали западным: 70% из них имели среднее или среднее специальное образование. Во - 2-х, положение этого класса на протяжении 90-х годов неуклонно ухудшалось: достаточно сказать лишь о сокращении реальных заработков рабочих более чем на 60%, массовых увольнениях, повсеместных невыплатах заработной платы.
На рубеже 80-90-х годов многим наблюдателям представлялось, что столь мощный класс имеет все необходимое, чтобы стать одной из самых активных сил в обществе. Если сто лет назад гораздо менее многочисленным и образованным российским рабочим удалось объединиться в сильное движение и создать массовые социалистические организации, то почему не ожидать от их современных потомков еще более внушительных успехов?...
Надо признать, что в то время подобные оценки имели под собой некоторые основания...
...быстрое нарастание активности трудящихся, легкость образования в их среде организационных структур, практически молниеносная политизация движения - все в начале 90-х гг., казалось бы, говорило о том, что рабочему движению уготовано большое будущее. Можно было ожидать, что, столкнувшись с последствиями введения рыночной экономки, наемные работники скоро освободятся от иллюзий о "спасительной роли рынка" и, в соответствии со своими изначальными социалистическими устремлениями [!автор, похоже, придерживается иллюзии, что "социалистические устремления" почему-то должны быть присущи трудящимся априори и изначально. Как мы увидим, это не так], придут к пониманию необходимости альтернативного общественного устройства. Сумев покончить с тоталитаризмом, они уж тем более смогут отстоять свои права и интересы в условиях демократии [ Как видим, Гусев, при всей своей профессорской левизне, разделяет буржуазные иллюзии о демократии !] Реалии постсоветского развития, однако, опрокинули такие прогнозы целиком и полностью.
В 90-е годы на всей территории постсоветского пространства наемные работники оказались по сути дела бессильны перед лицом резкого падения уровня жизни (сравнимого с тем, что принесла первая сталинская пятилетка), увольнений и значительного ухудшения условий труда. Вместо того, чтобы консолидироваться в борьбе, рабочее движение просто - напросто распалось. Большинство его структур (свободные профсоюзы, рабочие комитеты) развалилось и исчезло, некоторые, лишившись сколько-нибудь массовой поддержки, деградировали и утратили качественное отличие от старых бюрократических "профсоюзов". Столь же печальная судьба постигла, соответственно, и начавшие было зарождаться левые политические организации..."(18).
Скажем прямо: если сопоставить социалистическую надежду о способности лишенных собственности и власти наемных рабов капитала и государства объединиться, независимо от наций и стран, свергнуть власть своих угнетателей и господ и создать строй трудового товарищества, - если сравнить эту фундаментальную, определяющую идею социализма с реальным состоянием современного российского пролетариата, то ее можно смело отнести к разряду утешительных мифов, а придерживающиеся ее марксистские группы зачислить в одну категорию со всевозможными христианскими сектами.
Однако история рода людского не ограничивается настоящим, она имеет прошлое и будущее. Было время, когда перед призраком коммунизма содрогались в непритворном ужасе все силы старого мира, и когда за освобождение человечества клали головы сотни тысяч передовых пролетарских борцов. Вопрос состоит в том, почему исчез призрак коммунизма и вернется ли этот призрак снова? Умер ли он, или всего лишь погрузился в затяжную зимнюю спячку, из которой встанет еще более грозным для буржуазии?
Судьбе пролетарской революционности и будет посвящено данное исследование. Мы постараемся избежать в нем барабанной трескотни и утешительных иллюзий. Иллюзии сладки, теплы и приятны, правда мучительна, горька и жестока, зато в большинстве случаев полезна.

Ваш коментарий будет первым

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять коментарии.
Пожалуйста зарегистрируйтесь или войдите в ваш аккаунт.

Powered by AkoComment Tweaked Special Edition v.1.4.6
AkoComment © Copyright 2004 by Arthur Konze - www.mamboportal.com
All right reserved