- 3 -

ОРДЕН МЕЧЕНОСЦЕВ

   Существуют ли некие неподвластные времени характеристики коммунистической партии, постоянные величины, не зависящие от специфики эпохи?

    Такой объем потянут лишь профессионалы. Коммунистическая партия – это всегда партия профессионалов в области социальных трансформаций. Профессионализм в данном случае подразумевает под собой не только и не столько «освобожденную» партийную работу. Главное качество коммуниста-профессионала – органическая (жизненная) связь с партией. Профессионал полностью и безраздельно принадлежит партии. Он не видит для себя иного жизненного пути кроме борьбы за интересы трудящихся. Профессионал не строит для себя карьеры вне партии. Работа вне партии для него лишь способ добыть средства для поддержания своего биологического существования. Он бросит любую работу или перейдет на другую по первому решению партии. Все свои таланты и склонности (научные, спортивные и т. д.) профессионал ставит на службу партии. Профессионал постоянно учится и совершенствует навыки в своей политической специальности. Проще говоря, профессиональный коммунист – специализированная боевая машина партии, находящаяся в режиме постоянной мобилизации.

   Это вовсе не значит, что профессионал является безликим винтиком в партийном механизме. Как раз наоборот, профессионалы составляют ядро, костяк партии, являются подлинными творцами ее политики. Наличие профессионального ядра специалистов в области социальных трансформаций как основы партийного механизма есть главная сущностная черта большевизма. Нет такого ядра – нет коммунистической партии.

   Непревзойденным образцом коммунистического профессионализма был и остается Владимир Ильич Ленин. Давайте, прежде чем продолжать рассмотрение определяющих характеристик коммунистической партии сделаем отступление и посмотрим, что же именно сделало Ленина самым эффективным политиком революции, а партию большевиков вознесло на вершину политического Олимпа.

ВЛАДИМИР ИЛЬИЧ ЛЕНИН

   О Ленине как политике написано так много, что кажется, ничего нового добавлено быть не может. Я и не буду пытаться это сделать. Моя задача скромнее – обратить ваше просвещенное внимание на некоторые важнейшие черты его политического искусства.

   Покажется банальностью, но из всего революционного пантеона именно к Ленину я испытываю наиболее глубокую и неискоренимую симпатию. Эта симпатия относится не к лубочному образу вождя, который зачастую бытует в головах и сочинениях наших горе-теоретиков, а к подлинному Ленину – мощному, жесткому и предельно эффективному политику, великолепному организатору и тончайшему барометру революции. Ленин почти идеально воплотил в себе все необходимые профессиональные качества специалиста в области социальных трансформаций. Этот джентльменский набор знаний и навыков формировался в российской революционной среде весь 19 век. Понадобился поистине колоссальный по своей жестокости и напряженности эволюционный отбор, чтобы пройти путь от декабристов до большевиков. Большевистская партия сложилась как закономерный итог этого отбора, как наиболее приспособленная к опасной борьбе и подготовленная к проведению социальных трансформаций сила. Гениальность Ленина – это не превосходство одиночки, опередившего эпоху, а концентрация и предельное обострение (именно обострение!) профессионализма, накопленного, пожалуй, не только в российской, но и в мировой революционной традиции. Политическая сила Ленина заключалась в теснейшей связи с тысячами подобных ему коммунистов-профессионалов, связи, которая питала его живительными силами всей большевистской партии.

   Ленин как политик всегда опирался на партию. Вспомним: в самые трудные минуты своей политической жизни, когда он наталкивался на непонимание и даже противодействие соратников по ЦК, Ленин выдвигал ультиматум, угрожая выйти из ЦК и агитировать в партийных массах. Все большевистские руководители были великолепными профессионалами, но Ленин был на голову выше, потому что не только сам был таким же профессионалом, но еще и концентрировал в себе опыт и волю тысяч профессионалов всей партии.

   Сущность политического искусства Ленина в том и состояла, что он являлся естественным руководящим узлом хорошо организованной сети профессионалов. Да-да, именно сети! Особую эффективность работе большевистской партии придавал пресловутый принцип демократического централизма, который обычно понимают совершенно превратно. Главная особенность демократического централизма как формы функционирования партии заключается в тех невиданных возможностях гибкого и оперативного управления партией, которые он предоставлял большевикам. В условиях конспиративной борьбы с царским режимом осуществлять каждодневное управление партией из единого центра было крайне сложно. Но это и не требовалось. Недостаток вертикальных связей с центром с лихвой компенсировался горизонтальными сетевыми связями между большевистскими организациями. Когда связь с центром прерывалась совсем или становилась неустойчивой и нерегулярной, соседствующие организации с ведома или без ведома ЦК создавали временные руководящие центры. Таковыми были, например, всевозможные региональные Бюро ЦК (Дальбюро, Сиббюро и др.).

   Возникает естественный вопрос: каким образом при сетевой организации сохранялось единство большевистской партии? Откуда тысячи профессиональных революционеров, оторванные от непосредственных контактов с центром, получали информацию, позволявшую им действовать синхронно со всей партией? Да очень просто. В самые острые моменты борьбы, когда по меркам современного чинуши надо бегать и орать на подчиненных, посылая их по тысячам адресов, В. И. Ленин садился и…писал книгу. В худшем случае при недостатке времени – статью. Эти-то работы Ленина (и в меньшей степени некоторых других руководителей) и давали профессионалу информацию о сущности происходящих событий. Заметьте, не инструкцию или приказ, а информацию. Гениальный Ленин всегда в своих работах давал указания на общее направление усилий партии, а конкретное их воплощение в конкретных условиях оставалось за профессионалом-партийцем, который лучше знал местные условия. Именно потому, что профессионал этот был не послушным винтиком партийного механизма, а творческой личностью, Ленин знал, что все написанное им будет критически осмыслено, переработано и применено сообразно местной ситуации. Так политика партии становилась невероятно гибкой, приспособленной к любым поворотам непредсказуемой российской действительности.

   В самые тяжелые моменты гражданской войны, когда логика событий требовала централизации, ЦК по инициативе Ленина проводил…общепартийные съезды и конференции. Сетевая организация большевистской партии требовала именно такой централизации, централизации, опирающейся на понимание партийными массами сути принятых решений, подчинения безусловного, но подчинения решениям самой партийной массы. Ленин, как и ЦК в целом, выступали в качестве оперативного ретранслятора воли съезда, этого коллективного вождя партии. Это не значит, что у Ленина не было собственных оригинальных идей относительно сложившейся обстановки. Идеи были, но они опирались на коллективный опыт тысяч профессионалов партии, были концентрацией их воли. Когда Ленин думал иначе, чем масса его товарищей, и был уверен в своей правоте, он переубеждал их, но не пытался директивно перенастроить.

     Ленинский стиль политического руководства основывался на научном познании действительности. И это факт, что бы ни говорили по этому поводу буржуазные «историки». Другое дело, что вся эта колоссальная работа по изучению социальных трансформаций и выработке практических рецептов проходила индивидуально в голове одного человека в неблагоприятных внешних условиях, тогда как над этим по-хорошему должны были работать целые институты в спокойной обстановке. И я удивляюсь эффективности исследовательской работы Ленина.

   При всем при том живой человек по имени Владимир Ильич Ленин не был застрахован от ошибок. Крупные просчеты Ленина еще рельефнее демонстрируют его гениальность, потому что даже из просчетов он умудрялся выжать максимум возможного. И не боялся поменять ошибочную точку  зрения.

   О Ленине можно говорить бесконечно, но суть, думаю, уже ясна. Политический стиль Ленина был проявлением существенных особенностей большевизма как политического явления, проявлением его органично противоречивой структуры, сочетавшей в себе централизацию и сетевую организацию, демократизм и полувоенную (а то и военную) дисциплину, идейную монолитность и теоретическую вольницу. В силу этих особенностей большевизм оказался наиболее приспособленным из всех российских профессионализированных революционных движений к борьбе в конкретных условиях начала 20 века. Силу большевизма следует оценивать вовсе не по пресловутой «боеспособности», а по приспособленности к управлению социальными трансформациями. В этом отношении большевизму не было равных в царской России. «Боеспособные» анархисты, многочисленные, но недисциплинированные и рыхлые террористы-эсеры оказались неспособными овладеть революционной стихией, придать ей организованные формы, направив пробудившуюся энергию трудящихся не только на разрушение, но и на созидание нового. По завершении революции диалектически противоположные составляющие большевизма вступили в жестокое противоборство, до той поры сдерживавшиеся необходимостью революционной борьбы. Другая жестокая необходимость – необходимость обороны от внешнего капиталистического врага – закономерно обусловила победу централизации над сетевым принципом, военной дисциплины над демократизмом, идейного универсализма над теоретическим плюрализмом. Ленин мог себе позволить переубеждать несогласных товарищей, Сталин уже не имел такой возможности. В нашу задачу не входит рассмотрение проблемы влияния победы милитаристской составляющей большевизма над демократической. Достаточно сказать, что победа эта была необходима и закономерна. Любое хныканье по этому поводу является попросту интеллигентским слюнтяйством.

   Основной вопрос, стоящий перед нами, наследниками большевизма, можно сформулировать так: что из наследия большевизма является непреходящим, годным для современности, а что было эффективно лишь на рубеже веков в царской России? О принципе профессионализма как основе коммунистической партии мы уже упоминали. Теперь настало время поговорить о прочих большевистских «фишках».

   В современных условиях эффективны все основные организационные принципы большевизма. Другое дело, что в новых условиях они получают новое значение. В известной степени мы находимся в тех же условиях, что и большевики царской России. Есть, однако, существенные отличия. Нынешний режим молод, он не несет на себе отпечатков одряхлевшего феодализма, он имеет за плечами мировой опыт удушения победившего большевизма. Самое главное: силы и средства, направленные против нас стократ мощнее, организованнее и согласованнее с мировым капитализмом, чем те, с которыми имел дело Ленин. Для того, чтобы понять какой должна быть современная большевистская партия мы должны осознать, что наша единственная задача сейчас – это одержать победу над капитализмом, сломать эту машину угнетения и подавления. А для этого необходимо создать политическую организацию, как минимум равную этой машине по своим возможностям. Пусть это даже будет асимметричное равенство, но оно необходимо.

   Давайте представим, какой должна быть коммунистическая партия, способная осуществить первую свою задачу – взятие политической власти в конкретных современных условиях.

   Это должна быть кадровая партия, т. е. ее ядром должны быть профессионалы, как универсального типа, так и специалисты в различных отраслях деятельности. Опыт прошедших столетий показывает, что оптимальное число таких профессионалов в неблагоприятных условиях составляет десятки тысяч, а в благоприятных – от 50 тысяч до четверти миллиона.

   Это должна быть массовая партия. Одно из типичных заблуждений современного коммунистического движения заключается в том, что под массовостью партии понимается ее большая численность. На деле же в период борьбы с капитализмом коммунистическая партия по факту не может быть многочисленной просто, потому что число «профпригодных» на роль коммуниста относительно невелико. Социологически люди, способные по своим личностным характеристикам стать профессиональными борцами за коммунизм, составляют в «стабильном» обществе сотые доли процента. В годы крупных социальных потрясений число их увеличивается до десятых долей за счет радикализации масс. Конечно, при благоприятных условиях помимо профессионалов в партию могут входить и «активисты» (идейно и теоретически вооруженные активные товарищи, неспособные в силу различных причин к профессиональной работе). Однако даже в самых благоприятных условиях, если соблюдать принятые правила отбора (а это необходимо для эффективной борьбы), численность партии не будет превышать 400-500 тысяч человек. Массовая коммунистическая партия – это кадровая партия, обладающая массовой поддержкой эксплуатируемых классов и социальных групп. Причем не условной поддержкой, выраженной в украдкой брошенном в урну бюллетене, а поддержкой действенной. Такая поддержка выражается в наличии постоянных подконтрольных или находящихся под устойчивым существенным влиянием структур, объединяющих сторонников партии в различных социальных слоях (а также сочувствующих и просто борющихся за свои интересы) для осуществления различных аспектов борьбы. Указанные структуры являются связующим звеном между партией и крупными социальными классами, звеном, позволяющим эффективно воздействовать на эти социальные классы, поднимать их на борьбу против капитализма и в конечном итоге за коммунизм. Партия – центр управления этими структурами. Нет структур – нет партии.

   Это должна быть дисциплинированная партия. Никто не может быть принужден к пребыванию в партии. Но если уж ты вступил, то изволь подчиняться общим правилам. Партийное решение, принятое в уставном порядке, это не рекомендация, выполнение которой зависит от личного мнения коммуниста, а приказ, подлежащий обязательному исполнению. Эту аксиому на словах признают все, на деле же ей следуют немногие. Интеллигентская разболтанность большинства коммунистических организаций держится в основном на судорожном стремлении руководства нарастить или хотя бы сохранить численность. Отсюда наличие «балласта», который разлагает даже боеспособных товарищей по организации. В коммунистической партии «балласта» быть не должно по факту. Коммунист, не выполнивший беспрекословно решение, принятое в уставном порядке, должен автоматически исключаться из партии. Это правило – краеугольный камень партийной дисциплины. Вынем его – и это уже не коммунистическая партия. Конечно, устав должен очень жестко и подробно прописывать процедуры принятия решений, особенно решений «экстремальных», требующих от коммуниста переступить известные барьеры, например, чувство самосохранения.

   Это должна быть демократичная по управлению и сетевая по структуре партия. О значении этих принципов для большевизма я уже упоминал выше. Повторяться не буду. Отмечу только, что демократизм в принятии решений нисколько не умаляет дисциплины, а степень демократизма конкретных процедур зависит от конкретной ситуации, в которой находится партия. Что касается сетевой структуры, то желаем мы того или нет, этот принцип организации партии остается самым эффективным в сложных условиях российской политической реальности, требующих зачастую долговременной автономной работы региональных организаций.

   Это должна быть партия, сочетающая в своей научной и практической работе идеологическое и методологическое единство с известной свободой исследования. Только такое сочетание способно обеспечить вооруженность партии эффективными теоретическими инструментами для организации борьбы с капитализмом. Времена титанов вроде Маркса и Ленина прошли. Современные условия борьбы требуют наличия устойчивых интеллектуальных институтов, ведущих непрерывные социальные исследования. Партии потребуются десятки экспертов, способных быстро и качественно проконсультировать по самым различным аспектам общественной жизни. Для обеспечения деятельности этих экспертов нужна согласованная работа нескольких сотен научных сотрудников. Иначе невозможно будет эффективно конкурировать с буржуйской экспертно-аналитической системой, а значит, мы потеряем возможность обыграть капиталистов на этом важнейшем участке борьбы.

   Наконец современная коммунистическая партия должна соответствовать двум условиям, стоящим перед любой организацией, которая намерена взять политическую власть.

   Во-первых, такая организация должна обладать независимой финансовой и материально-технической базой. Указанная база не должна зависеть от доброй воли каких-либо спонсоров. В российских реалиях это означает, что партия должна быть не только политическим, но и экономическим субъектом, т.е. скрыто обладать собственностью, приносящей значительный доход или заниматься прибыльной экономической деятельностью. Можно конечно встать в «революционную» позу и с презрением отказаться от суетных богатств, но тогда возникает маленькая проблема: каким образом финансировать многообразную и затратную партийную деятельность? Работа профессионального ядра, функционирование исследовательских институтов, пропаганда, помощь рабочему движению и еще тысячи других мелких и крупных расходов требуют больших денег. Деньги нужны и это аксиома.  Возникают, конечно, вопросы:  где взять первоначальный капитал? как организовать доходную базу? Но это вопросы чисто технические, требующие освещения в другой работе. Здесь же необходимо подчеркнуть принципиальное различие между ситуацией, когда партия берет деньги у буржуазии, и положением, при котором она обладает собственными источниками дохода. В первом случае можно сколь угодно много пыжиться, заявляя о своей политической независимости, но в реальности партия будет зависеть от колебаний курса на политической бирже. В современных условиях это означает, в конечном счете, зависимость и поражение. Ученые, работающие на чужие деньги, проводят эксперименты в интересах заказчика. Коммунисты, работающие на деньги буржуазии, работают в интересах…, нужное слово поставьте сами. Во втором случае партия свободна в своих действиях и подотчетна лишь трудящимся, их суровому и справедливому (не всегда верному, но всегда справедливому!) мнению.

   Во-вторых. Современные силы и средства, направленные на подавление любых форм оппозиционного движения неизмеримо сильнее, чем во времена Ленина. Ожидать их слома методом самопроизвольного разложения – несусветное ребячество. За их плечами опыт успешного уничтожения победившего социализма. На их стороне колоссально возросшие возможности тотального контроля. В их распоряжении широчайший выбор разнообразных репрессивных средств и методов одурманивания масс. Чтобы противостоять этому напору, партия должна обладать мощными силами противодействия. И силы эти должны работать на опережение.

   Недостаточно защитить партийные структуры от воздействия извне. Надо самим воздействовать на структуры противника. Только так можно решить стоящие перед партией задачи. Тотальному давлению противника партия может противопоставить только тотальное внедрение своих агентов во все поры общества от общественных организаций до государственных органов. Упомянутые агенты способны не только поставлять информацию, но и парализовать своими действиями структуры противника, оказывать на него деморализующее влияние. Моральное превосходство революционера вырастает из превосходства в материальной силе. Иначе это жалкое «превосходство» одиночки, превосходство для внутреннего употребления, не оказывающее влияния на исход борьбы. Деморализация противника наступает тогда, когда он ощущает свою незащищенность и бессилие.  Грядущая социальная революция – это не просто слом уже ослабленного аппарата угнетения, но и предварительное ослабление данного аппарата силами партийной агентуры до такой степени, что он становится малопригодным для выполнения своих функций.

   Резюмируем. Современная коммунистическая партия для того, чтобы эффективно осуществлять свою деятельность, должна представлять собой основанную на принципах самофинансирования, строгой дисциплины и демократического централизма кадровую политическую организацию, строящуюся по сетевому методу, опирающуюся на массовую поддержку крупных эксплуатируемых классов и социальных групп, обладающую мощными специальными, в т.ч. научно-исследовательскими и информационно-аналитическими структурами.

   Определение у нас получилось довольно громоздкое и банальное, зато верное. Наверное, мало у нас в стране найдется коммунистов, которые на словах отказались бы от создания подобной партии. На деле же против создания подобной партии, как правило «пламенными революционерами», выдвигаются разнообразные аргументы. При всем многообразии все они сводятся к трем основным утверждениям: 1) конкретная экономическая и политическая ситуация в России и тенденции ее развития не способствуют созданию большевистской партии и социалистической революции (т. е. отсутствуют объективные предпосылки); 2) в России нет кадров профессиональных революционеров, необходимых для создания большевистской партии (т.е. отсутствуют предпосылки субъективные); 3) если даже создать большевистскую партию возможно, мы не знаем как это сделать (а если кто научит, не решимся из страха). Давайте вместе разберемся, действительно ли верны указанные выше доказательства невозможности создания коммунистической партии большевистского типа.

Ваш коментарий будет первым

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять коментарии.
Пожалуйста зарегистрируйтесь или войдите в ваш аккаунт.

Powered by AkoComment Tweaked Special Edition v.1.4.6
AkoComment © Copyright 2004 by Arthur Konze - www.mamboportal.com
All right reserved